Аракси САРЬЯН: Я прожила свою жизнь с ним, как в сказке

05 Март 2014
Автор:   Тагуи АСЛАНЯН 1682 Просмотров
Газарос Сарьян и его супруга Аракси прожили вместе 30 лет. В ее воспоминаниях Газарос Сарьян предстает прежде всего как человек, который всю свою жизнь посвятил служению своему народу и никогда не сетовал на выпавшие на его долю испытания, не изменил своему оптимизму и готовности помогать людям.
Аракси Сарьян и автор статьи Тагуи Асланян

Газарос Сарьян воспитывался в благородной семье с высокими нравственными и духовными традициями - его отцом был Мартирос Сарьян, дедом по матери Газарос Агаян, в честь которого и назвали его.

Талантливый композитор, автор многих прекрасных произведений, он на протяжении 26 лет руководил Ереванской государственной консерваторией имени Комитаса. Благодаря его преданности, самоотверженности и инициативности удалось придать новые импульсы и дух этому центру армянской музыки, воспитать новых талантливых музыкантов, внесших впоследствии огромный вклад в дело развития этой сферы. Эти 26 лет были периодом расцвета Ереванской консерватории. Именно при Г. Сарьяне было построено новое здание консерватории, а затем и оперная студия, ныне носящая его имя.

Каждый миг, прожитый с мужем, был для г-жи Аракси заветным и знаменательным, ибо она жила исключительно интересами мужа, пытаясь всячески быть ему полезной, избавляя от будничных повседневных забот, чтобы ее любимый мужчина имел как можно больше времени для творчества.

Семья Сарьянов была для меня храмом любви

21 октября 1968 года Аракси стала членом семьи великого художника Мартироса Сарьяна.

О годах, прожитых под кровом этого дома, г-жа Аракси вспоминает с радостью и благоговением. Здесь она оказалась окружена особым, присущим истинным людям искусства благородным биополем, и сама с величайшей ответственностью относилась к каждой своей обязанности в этом доме. «И самая главная обязанность,- вспоминает она,- заключалась в том, чтобы не уронить честь их почетной фамилии. Не зря поэт Саркис Сарьян, старший сын Мартироса Сарьяна, часто повторял: «Тяжела ты, шапкаМономаха!» То есть дети в этой семье были воспитаны так (и это, по моему мнению, величайшая заслуга родителей), что они никогда не использовали имя отца в личных целях, но ответственно и достойно несли это имя».

Красноречивым подтверждением ее слов может служить решение самого Газароса: в 1941 году, окончив композиторское отделение Музыкального училища имени Гнесиных, он сразу же ушел на фронт, хотя через влиятельных знакомых своего отца вполне мог бы остаться дома. Потом он написал отцу с фронта: я пошел на войну, чтобы ты мог творить. И хотя отцовское сердце было полно тревоги и страха за судьбу сына, великий художник не стал препятствовать ему, хотя достаточно было одного телефонного звонка, чтобы сын вернулся с фронта. Но Мартирос Сарьян считал, что его сын ничем не лучше, но и не хуже других и должен исполнить свой долг перед Родиной.

С той же ответственностью и высоким сознанием сыновнего долга Газарос Сарьян до самой кончины своего отца трогательно заботился о нем, делая все, чтобы ничто не отвлекало художника от творчества, никакая забота не коснулась его. Он даже овладел некоторыми медицинскими навыками, потому что отец был уже стар и каждую секунду могла возникнуть необходимость оказать ему первую помощь. И, думается, не случайно Мартирос Сарьян большую часть своих шедевров создал в последние десятилетия своей жизни.

Отец всегда оставался для Газароса мудрым учителем, у которого он учился всю жизнь и которому пытался подражать во многом. Как и отец, Газарос никогда не отчаивался и всегда окружал любовью и душевной теплотой тех людей, с которыми ему доводилось общаться. И эта любовь заставляла его жить нуждами и заботами простых людей. Как работников, так и студентов консерватории он знал по именам и фамилиям каждого, знал, у кого какие трудности. В семье Сарьянов вообще с большим уважением относились к человеку работящему. Г-жа Сарьян вспоминает, что как-то после обеда ее муж снова собрался в консерваторию, хотя рабочий день давно закончился,- такое случалось довольно часто. А когда она спросила, куда он, ответил: «Стекло в двери разбили, сторож, наверное, мерзнуть будет, пойду вставлю…»

Газарос (Лазарь) Сарьян и его супруга Аракси Сарьян

«Он был для меня необыкновенным мужем, таким заботливым, что большего женщине, наверное, и не надо,- с откровенной гордостью рассказывает г-жа Аракси.- Каждый раз, поев, говорил: спасибо, с какой любовью ты приготовила все это! Я знала и понимала его заботы и не требовала излишнего или формального внимания к себе. Я и мой муж прожили вместе тридцать лет, и прожили, как в сказке...»

Любовь супругов Сарьян тоже была не совсем обычной. Аракси - вторая жена Газароса. Первой была его однополчанка, с которой он к тому времени развелся. Все произошло в 1960-м, когда Газарос Сарьян был назначен ректором консерватории и уже вскоре знал всех ее студентов. Аракси не была исключением - их знакомство ограничивалось простыми взаимоотношениями преподаватель-студент. И все же именно этой девушке было суждено рука об руку пройти по жизни с этим незаурядным человеком и талантливым композитором. Как-то раз она случайно услышала, что ректор якобы собирается жениться на ней. «Мне было так неловко, мне казалось, что все думают, будто это я напрашиваюсь ему в жены…»,- признается г-жа Аракси. Через некоторое время слухи эти затихли. Но однажды Аракси, оказавшись наедине с Газаросом Сарьяном, получила от него предложение руки и сердца. «Газарос очень спокойно спросил меня, знаю ли я, что в городе распространились слухи о том, что он хочет жениться на мне. Я не стала кокетничать и ответила, что никакого повода для этого не давала и вообще чувствую себя неловко. А он устремил на меня свой ласковый взгляд и сказал, что это неплохая идея, надо только утрясти кое-что».

Спустя месяц-полтора, 21 октября, Газарос ввел Аракси в семью Сарьянов. До женитьбы далеко уже не юный Газарос спросил девушку, не смущает ли ее разница в возрасте - все-таки 17 лет! Аракси ответила: единственное, о чем она не думала - так это о возрасте. Это обрадовало композитора: значит, он сумел сохранить в себе юношескую бодрость и жизнерадостность. Таким он оставался до самого конца жизни - молодым душой и телом, всегда исполненным свежих и новых идей. Несмотря на вечную занятость, он по утрам всегда совершал пробежку, а потом работал в своем саду и всегда полушутя, полусерьезно говорил жене: я должен заниматься либо двором, либо музыкой! Впрочем, Аракси делала все, чтобы он не отвлекался от музыки. Она была для него и заботливой супругой, и другом, и секретаршей, и Газарос высоко ценил эту преданность жены. «Его благодарность придавала мне сил,- говорит г-жа Аракси.- Все говорили: Аракси работает за десятерых, а я думала, что готова работать и больше, лишь бы он удовлетворил свою внутреннюю потребность в творчестве».

А ведь и сама Аракси была талантливым музыкантом и могла достичь немалых успехов на этом поприще. Ее отцом был один из основателей ленинаканского театра, народный артист Армении Арцрун Арутюнян, мать работала учительницей в школе, и девочка росла в атмосфере искусства и высокой духовности. Может быть, именно поэтому Газарос выбрал ее хозяйкой своего дома и своего сердца. И не ошибся. «Меня порой спрашивают, почему я не защитила докторскую, а я отвечаю: произведения Газароса и есть моя докторская. В 1970-е он написал произведения, ставшие шедеврами армянского музыкального искусства. А если бы я засела за бумаги, то не смогла бы помочь ему явить на свет такие прекрасные произведения. Я постоянно уговаривала его вместо занятий всякими посторонними вещами писать музыку. Я была уверена, что если жена не будет целиком предана своему мужу, не пожертвует своими женскими капризами и стремлениями, не усмирит свои собственные амбиции, семья не будет прочной. Людям творческим нельзя мешать, им надо только помогать.

Эпилог

Вопреки досужим представлениям о беспечном существовании «детей знаменитостей», жизнь Газароса Сарьяна была отнюдь не легкой. Корабль его жизни не раз наталкивался на рифы, а перипетии судьбы испытывали его волю и решимость. Но гибель 22-летней дочери в автокатастрофе в 1991 году стала для него непреодолимым испытанием. Композитор тяжело заболел, а из больницы вышел уже зная, что жить ему осталось недолго. И все же постарался перехитрить судьбу и с помощью народных средств на некоторое время продлил отпущенный ему судьбою срок. Именно в это время он написал гениальное произведение «Andante & Presto», по священное известному скрипачу Эдварду Тадевосяну. Оно стало его лебединой песней.

Оставьте Ваш комментарий

Можно было бы говорить много, но мы умеем слушать на то мы и "Собеседник Армении". Просто, собеседник для всей семьи. Заходите. Поговорим!

Слово редактора

  • От редактора
    05.12.2016
    Есть темы, о которых трудно писать, говорить, а тем более снимать кино. Может, поэтому 28 лет…
Яндекс.Метрика