А знаете ли вы…

04 Март 2016
Автор:   601 Просмотров

ОТЕЦ ОПЕРЕТТЫ

А знаете ли вы, что «отец оперетты» Флоримон Эрве (1825—1892) взял сюжет своей лучшей оперетты «Мадмуазель Нитуш» из собственной жизни?

Как и Флоридор – Селестен (в советском фильме «Небесные ласточки» его играл А. Миронов), Флоримон Ренже (Эрве – псевдоним) ведет двойную жизнь. В пьесе Флоридор, вечером сочиняя веселую музыку, днем разучивает хоралы в пансионе-монастыре для девушек. А в жизни Флоримон играет на органе в церкви Бисетра – самой известной в Париже психиатрической лечебницы. Чтобы не утруждать пациентов длинными песнопениями, молодой органист сочиняет для них небольшие «контатки». Эти «музыкальные пилюли» даже помогали больным выйти из затяжной депрессии.

Ну, а в своей второй жизни музыкант пишет легкие пьесы и все более увлекается театром. В 1854 году Флоримон открывает собственный театр, названный им «Фоли нувель» («Новые безумства»). Реальная исходная точка, потом абсурд, нелепость, ворох дерзких шуточек – и вновь возвращение в реальность – таков его прием. Впервые на его сцене героиня станцевала любимый в Париже «непристойный» канкан. Так родился первый в мире театр оперетты (маленькой оперы). Название это Эрве придумал сам.

Эрве в его «театрике» разрешали ставить спектакли только «на два голоса». Но, вспомнив подопечных из Бисетра, Эрве легко обманывал цензуру, выводя на сцену глухих, немых, сумасшедших – молчащих героев. А однажды написал терцет для двух «законных» героев и отрубленной головы, которая пела, но персонажем не считалась. Театр и сумасшедший дом иногда оказываются так близки…

По безумной иронии судьбы Эрве в конце жизни вновь оказался в церкви Бисетра, но уже не органистом, а участником «лечебного» хора…

ЛЯ-Я-Я-Я-Я-Я!

А знаете ли вы, что камертон, по которому настраиваются симфонические оркестры, со временем звучит все выше?

Название «камертон» пришло из тех времен, когда существовало строгое отличие музыки, звучащей в храмах, и в дворцовых залах, «камерах». Соответственно, для настройки существовал церковный тон и «камертон». Долгое время камертон не был единым. В XVII и XVIII веках в Германии он был ниже, чем в Италии, но выше, чем во Франции. Вивальди поэтому звучал выше, чем Бах.

Со временем музыка становилась все более интернациональной, но привести участников оркестра к единому знаменателю оказалось не так-то просто. Дело в том, что чем выше настройка, тем ярче и громче звук. Играть блистательно хотелось всем, да и большие концертные залы требовали все большей силы звука.

Поэтому камертон со временем поднимался все выше. Число колебаний в секунду, соответствующее ноте «ля» первой октавы, росло: 380 герц в эпоху барокко, 430 – в пору классики, 438 – в эпоху романтизма и до 440 герц в наше время. Эта контрольная цифра принята в 1939 г. на международной конференции в Лондоне. Но и эту цифру уже превышают – в Вене она сейчас составляет 445 герц. Инструменталисты, стремящиеся к насыщенному звуку, без труда могут повышать камертон и выше, но жалко певцов! Сопрано, например, должны брать все более высокие ноты, а уже сейчас им приходится петь классические партии на пределе возможностей.

БЕЗ НОТ

А знаете ли вы, что можно стать исполнителем классической музыки, не зная нотной грамоты??

Конечно, в современной музыкальной жизни это скорее исключение из правила. Самым известным таким исключением был Лучано Паваротти, не скрывавший, что почти не умеет читать ноты. Слух и собственная система разучивания оперных партий помогли ему, несмотря ни на что, стать одним из величайших теноров XX века. Но все-таки верность нотному оригиналу сегодняшние исполнители считают чем-то само собой разумеющимся. А вот в эпоху барокко каждый музыкант был даже обязан придавать тому, что зафиксировано в нотах, свои собственные украшательства. Музыкант, не включивший в свое исполнение ни одной импровизации, считался бы в те времена скучным. Позже так же поступал Ференц Лист: играя сочинения других композиторов, он относился к ним свободно и раскованно. В 1838 году писали: «Он может играть сегодня так, а завтра иначе. Играет всегда Лист, но душа у него каждый раз другая».

И все-таки даже сейчас музыка порой звучит не одинаково. Многое зависит от дирижера, солиста, оркестра. Иначе как объяснить известный случай, когда дирижеру Клемпереру для исполнения «Пасторальной» Бетховена понадобилось на десять минут больше, чем Караяну?

Оставьте Ваш комментарий

Можно было бы говорить много, но мы умеем слушать на то мы и "Собеседник Армении". Просто, собеседник для всей семьи. Заходите. Поговорим!

Слово редактора

  • От редактора
    05.12.2016
    Есть темы, о которых трудно писать, говорить, а тем более снимать кино. Может, поэтому 28 лет…
Яндекс.Метрика