Неистовый ереванец

12 Июль 2015
Автор:   записала Эрна РЕВАЗОВА 1644 Просмотров
Генрих Заргарян блистал на трассе в то время, когда не было еще ни дождевых, ни промежуточных шин, когда широко практиковали «старт в стиле Ле-Ман», джентльмен-драйверы были редким явлением, победителям не устраивали душ из советского шампанского, а путевку на зарубежные соревнования выдавали органы госбезопасности. Даже мастерам спорта международного класса, четырехкратным чемпионам СССР по автомобильному ралли, чемпионам двух Всесоюзных спартакиад по военно-техническим видам спорта, коим был армянский раллист Генрих Заргарян.

По воспоминаниям брата гонщика — Якова Заргаряна Фото: из архива семьи Заргарян

Стартовая черта

Невысокий, худощавый, крепко скроенный, непоседливый и остроумный, он заражал всех своим оптимизмом. Младший из трех сыновей Заргарянов, Генрих, с детства во всем стремился быть первым, постоянно озорничал и на свой лад восстанавливал справедливость. Как-то даже привязал хвосту осла уличного продавца тряпку и поджег, потому что «тетя Пупуш» сказала, что цена на мацун очень завышена. Соседи по дружному ереванскому двору называли выходки брата не иначе, как проделками дьявола. От отца ему иногда перепадали подзатыльники, но в основном художества сходили Генриху с рук. Глава семейства Заргарянов — Саркис, которого ереванцы уважительно именовали уста Сако, водил грузовик слух диагностировал любые неполадки в автомобиле и преподавал тельских курсах общества «Автодор», открытого в 1929 году на улице Свердлова — у подножия Конда. В 6 лет отец посадил Генриха за руль. Пригодилось, когда на параде в честь 20-летия советизации Армении кому-то пришла в голову идея преподнести партии и правительству оригинальный подарок: перед трибуной проехал туристический автобус с празднично разодетой детворой, которым управлял 11-летний Генрих Заргарян. В четырнадцать ему, в порядке исключения, выдали права и приняли на работу в таксопарк — отец серьезно заболел, на дворе шла война, и руководство закрыло глаза на несовершенолетие работника. А в 1957-м, когда в Советском Союзе начали культивировать автомобильные гонки, Генрих стал пионером авторалли в Армении. Он тогда поступил в консерваторию — на вокальное отделение.

«Быть первым, только первым», — таково было кредо брата. Он был первым в Ереване, у кого после войны появился магнитофон. Кто осмелился купить собственную машину. Первым, кто не побоялся в начале 50-х стать обладателем сразу двух иномарок. Первым студентом консерватории, приезжающим на занятия на собственном Понтиаке». У него, первого в респупоявилась машина с автоматикоробкой передач...

Генрих был хорошим певцом, но не настолько, чтобы стать первым, как на которого равнялся. Поэтому третьего курса, чтобы полностью автоспорту. В 1960-м экипаж ереванских таксистов — Генриха Заргаряна и Григора Терманяна — завотитул чемпионов Армении и путевчемпионат страны. Им потребованесколько лет упорных тренировок, стать первыми на Всесоюзном чемпионате — осенью 1964 года экипаж принес республике первое золото по авторалли. Брат стал первым автогонщиком в классе «Волга», четырежды завоевавшим звание чемпиона СССР. На своей Волге Генрих развивал невероятную по тем временам скорость, понимая язык машины, умея выжать из автомобиля все, на что тот был способен. Экипаж ереванских таксистов обеспечивал родному обществу и таксопарку победу на республиканских ралли, Армении — на союзных, а СССР — на международных. Генрих был лучшим и на скоростных участках, и в фигурном вождении. На каждом этапе экипаж зарабатывал достаточно очков, чтобы вывести в лидеры сборную Армении. Раллисты республики вырывались в лидеры столько раз, сколько в составе команды был Генрих. После этого — ни разу. ...Финал состязаний третьей Спартакиады собрал сильнейших гонщиков страны под Минском. Перед стартом Заргарян, не задумываясь, ответил на вопрос спортивного корреспондента, что приехал в Минск за золотом. Белорусское золото разыгрывали 99 экипажей из 13 союзных республик, Москвы и Ленинграда, но неистовый ереванец на «Волге» стал недосягаем для всех. Экипажу Заргаряна и Терманяна удалось преодолеть чрезвычайно сложную минскую трассу без единого штрафного очка и второй год подряд завоевать звание чемпиона, став лучшим в многоборье и дополнительных соревнованиях по фигурной езде.

В третий раз лучшим экипажем страны Заргаряна и его нового напарника Арутюна Арутюняна признали в 1967-м — на юбилейной Спарта киаде, посвященной 50-летию «развернутого строительства коммунизма, трудовому подвигу и повышению благосостояния советского народа». На этот раз трасса охватывала Москву, Киев, Минск и Таллин, основная часть проходила недалеко от Нальчика — три сложных кольца по горным дорогам. Строгие судьи не прощали спортсменам ни малейшей ошибки, безжалостно начисляя штрафные очки. Требовалось огромное мужество и мастерство, чтобы «на ушах» проходить опасные повороты с вырывающимся из-под колес веером пыли, камней и гравия. Однако, трижды став чемпионом страны, Генрих так ни разу и не смог представить СССР на международных ралли за границей — путевку на зарубежные соревнования выдавали органы госбезопасности, с которыми у чемпиона отношения не складывались.

Ереванская коррида

Площадь у ереванской гостиницы Интурист, рядом с кинотеатром Москва, кишела агентами госбезопасности. Там же находилась стоянка такси — любимое место сбора Генриха и его друзей-таксистов. Напротив, за окошком в старом доме, круглосуточно дежурил сотрудник госбезопасности. Об этом знали все. Но одно дело знать, а другое — открыто демонстрировать свое отношение к происходящему.

Ереванцы окрестили этот номер Генриха «корридой». С раскрытой «Правдой» в руках он вставал рядом с окошком и зачитывался крайней колонкой в газете, закрывая обзор наблюдателю. Долго внимал просьбам отодвинуться, наконец понимающе кивал и... вставал с другой стороны окна. И принимался читать крайнюю колонку с другой полосы газеты, используя «Правду», как матадор — капоте, вызывая у сидящего за окном товарища ярость не меньшую, чем вид красного полотнища у быка. Стоит ли удивляться, что трижды чемпиона страны сделали невыездным? Тогда, в свойственной ему манере, Генрих решил разобраться... с самим председателем КГБ при СМ АрмССР Бадамянцем. Чемпион стал упорно добиваться встречи с генерал-майором. Тот сначала отказывался принимать Генриха, но когда брат пообещал на весь Ереван ославить «трусость» комитета, назначил день встречи.

В ответ на вопрос Генриха, как долго ему будут строить препоны, Бадамянц поинтересовался, как долго тот намерен мешать работе его сотрудников. На что брат ответил, что он не работать им мешает, а просто... издевается над глупыми сотрудниками госбезопасности, которые работают «до смешного примитивно». Мало того, что выставляют наблюдать за отелем одну и ту же машину, лишь номера меняют, так еще согнали с хлебного места продавца воды и посадили за окошко своего человека. Разве так работают? Разве он, молодой парень, который купил в Ереване трехкомнатную кооперативную квартиру, обставил ее, соорудил гараж на две машины, выложил в гараже пол метлахом, недавно купил рояль, а на книжке у него денег больше, чем годовая зарплата генерала КГБ, останется за рубежом? А то, что он установил на машины американский сигнал и колпаки, то только потому, что это качественно и красиво. И спросил, в чем останется жена генерала, если поймать ее на улице и снять с нее одежду иностранного производства? Бадамянц рассмеялся и ответил, что его удивляет не наглость Генриха — о ней он наслышан — а его осведомленность. На что брат ответил, что работает в лучшем в мире сыскном бюро — Первый таксомоторный парк называется. Он, например, уверен, что Бадамянц не берет взяток — «глас народа» в лице пассажиров его такси говорит о генерале только хорошее.

Два дня спустя благодаря Бадамянцу с Генриха сняли клеймо «невыездного». Он даже успел съездить в турпоездку в Болгарию, но на международные ралли так и не попал — сразу по возвращении из-за границы, стал готовиться к Всесоюзному чемпионату. Последнему в его жизни.

Летучий финиш

К финишной черте своей жизни Генрих подошел очень рано. Тяжело больным он обеспечил раллистам Армении победу на финальном этапе чемпионата страны и V Всесоюзной спартакиады. В четвертый раз он стал чемпионом страны на родной земле. В четвертый и последний. Брат почувствовал себя плохо осенью 1969-го. Он продолжил тренировки, несмотря на страшные боли, которые к весне стали невыносимыми. Вместо того чтобы заняться своим здоровьем, упорно готовился к первенству. По его просьбе тренировочный сбор команда Армении провела в Цахкадзоре, где можно было совмещать тренировки с отдыхом. Но состояние гонщика ухудшалось. Генрих упросил тренера позволить участвовать в первенстве страны. Тренер золотого дуэта Левон Клекчян считал, что его нельзя было допускать к соревнованиям — знал, что он болен, но не смог отказать. Товарищи по команде диву давались, как брату удалось преодолеть дистанцию в 2371 км, 40-градусную жару, которой встретила участников соревнований столица Армении, непроезжие горные трассы и сложнейшие спецучастки с подъемами и спусками, перевалы, по которым гоняли исключительно скот.

На обочинах армянских дорог участников ралли ждали накрытые столы — деревенские девушки в национальных одеждах протягивали лаваш с сыром, а седобородые старцы... стопки с самогоном. Но наши горы оказались не столь гостеприимными, родная земля благоволила армянским раллистам. Генриха не зря считали непревзойденным мастером езды по непроходимым для других дорогам — он выиграл ралли, стал абсолютным чемпионом. «Волга» Генриха первой пересекла финишную черту на ереванском ипподроме. Из 115 вышедших на звездный старт экипажей цели достигли лишь 69. «Пройти все трудности, преодолеть все препятствия и быть первым, только первым» — таков был девиз чемпиона, его напутствие тем, кто любит скорость и собирается стать настоящим автогонщиком. Девиз, которому брат остался верен и в смерти — будучи самым младшим, ушел первым из трех братьев.

Оставьте Ваш комментарий

Можно было бы говорить много, но мы умеем слушать на то мы и "Собеседник Армении". Просто, собеседник для всей семьи. Заходите. Поговорим!

Слово редактора

  • От редактора
    05.12.2016
    Есть темы, о которых трудно писать, говорить, а тем более снимать кино. Может, поэтому 28 лет…
Яндекс.Метрика